По сведениям источников, близких к бывшим чиновникам и военным экспертам, президент получает преимущественно приукрашенные донесения о положении дел на фронте и не до конца осознает изменившийся характер войны. Административный стиль управления строится на микроменеджменте и высокой степени опоры на регулярные доклады руководства Генштаба.
Как утверждают собеседники, постоянные доклады создают у руководства ощущение, что победа — лишь вопрос времени. При этом на решения сильно влияют военные советники, умеющие убедительно представлять свои оценочные выводы.
Отрыв от реальности заметен и в технических представлениях о возможностях собственных систем связи и наведения. Так, оценивая отечественные спутниковые комплексы, руководство склонно переоценивать их сопоставимость с крупными коммерческими сетями, через которые противник получает оперативную поддержку и управляет ударами в реальном времени.
Почему это важно
Военно‑промышленный комплекс в целом вышел на плато производства: лишь несколько узких секторов показывают заметный прогресс — например, дальние беспилотники и планирующие авиабомбы. Для масштабного наращивания возможностей требуются сложный менеджмент и значительные инвестиции.
Армия отстала от противника в тактике и технологиях. Даже прорывные проекты не обеспечивают перелома ситуации: противник сумел создать широкую сеть операторов беспилотников, способную сдерживать и нарушать логистику на больших участках фронта, что нивелирует преимущество в численности живой силы.
Тем временем в верхах продолжают декларировать победу, одновременно игнорируя всё более очевидные итоги ударных операций и воздействия глубинных поражений по логистике.
Что мне с этого?
Крупные военные аналитики не видят реального способа переломить стагнацию на фронте в ходе очередней летней кампании без применения ядерного оружия или новой масштабной частичной мобилизации. При этом частичная мобилизация, по оценкам специалистов, вряд ли даст эффективный результат и может обернуться лишь лишними потерями.
В столичных кругах признали необходимость поднять уровень мобилизации ресурсов — людских, промышленных и экономических — но вопрос в том, в какой форме и под каким прикрытием это будет происходить. Реалистичные экономические сценарии сейчас сводятся к деградации или, в лучшем случае, к длительной стагнации.
Сообщалось также, что на закрытых совещаниях высшие официальные лица не исключали возможность применения ядерного оружия, что дополнительно обостряет стратегическую неопределённость.
Результаты закрытых опросов, проведённых в преддверии внутрипартийных праймериз, показывают: избиратели и значительная часть элит ожидают решительных действий и хотят скорого завершения конфликта, в том числе военным путём — это воспринимается как запрос к руководству страны действовать быстрее и решительнее.
