Иск о конфискации контрольного пакета
Генеральная прокуратура подала иск в Хамовнический суд с требованием изъять в доход государства 469 млн акций «Русагро» — это примерно 49% капитала компании. Акции принадлежат основателю и ключевому акционеру Вадиму Мошковичу и частично записаны на его жену, деловых партнёров и связанные с ним структуры.
Сам Мошкович, по решению следствия, с весны прошлого года находится в СИЗО по обвинениям в мошенничестве и даче взятки.
Требования прокуратуры
Помимо акций прокуратура просит обратить в доход государства около 14 млрд рублей — в том числе средства, изъятые при проведении обысков: наличность в рублях и иностранной валюте.
На какие аргументы опираются в иске
В исковых материалах указывается, что в период работы Мошковича в качестве сенатора от Белгородской области (2006–2014 гг.) использовались политические и административные ресурсы для расширения земельного фонда компании: доля сельхозугодий «Русагро» выросла в несколько раз. Также прокуратура указывает на операции с офшорными структурами и вывод прибыли за рубеж, которые не были отражены в налоговых декларациях.
Контекст и возможные последствия
Эксперты на агрорынке отмечают, что крупные продовольственные холдинги давно находятся в поле интересов силовых и административных структур. Под давлением компаний включали в списки «стратегических» и оказывали давление угрозой применения дополнительных мер, что приводило к редомициляции активов в российскую юрисдикцию.
За 2022–2025 годы волна национализаций и обращений активов в доход государства затронула компании общей стоимостью в триллионы рублей. По отчётным данным государственных органов, к середине марта 2026 года было зафиксировано несколько сотен компаний, в отношении которых применялись меры по переходу в госсобственность или обращению активов.
Что может последовать дальше
Если суд удовлетворит иск, это станет одним из крупнейших обращений активов в доход государства в аграрном секторе и ещё сильнее усилит тенденцию к централизации контроля над продовольственными компаниями. Для самого холдинга и его контрагентов это может означать смену владельца и реструктуризацию бизнеса.
